» » » 5-й материал. Брянские БУДНИ № 540/16/,29*04*2010
5-й материал. Брянские БУДНИ № 540/16/,29*04*2010 11:35 16-10-2009
16-10-2009, 11:35

5-й материал. Брянские БУДНИ № 540/16/,29*04*2010


Продолжение. Начало в №539 (15)

Брянск полиция допрос

Так… Все, переходим к самому интересному…
- объявил оперуполномоченный Ятченко
Наталью Геннадьевну попросили удалиться – не стоит женщине присутствовать при «самом интересном». Начали личный досмотр – Немцу предложили выложить на стол вещи из карманов, дипломата, поясной «визитницы». Однако диктофон сдавать отказался. Решили провести изъятие с видеозаписью. В ожидании оператора с камерой Крестниковский велел Немцу снять туфли. Что он там рассчитывал отыскать – может микропленки со схемами канализации Советского РУВД? Скорее всего, начальник просто поглумиться хотел. Александр Григорьевич ответил, что разуется лишь перед видеокамерой. Потом эту тему замяли – было не до туфель.
Пришел оператор, начали запись. Кассету заело. Во время заминки милиционеры явно начали терять терпение.
Запись «самого интересного» стоит привести без купюр:
Крестниковский: Александр Григорьевич, мы предлагаем Вам добровольно выдать аудионоситель, который будет внесен в протокол устного допроса.
Немец (стоя посреди комнаты, обращаясь к камере): Я, Немец Александр Григорьевич, имею при себе в левой руке диктофон, я его предъявляю всем присутствующим, но выложить на стол отказываюсь, поскольку опасаюсь, что записи, проведенные на этот диктофон, будут незаконно стерты. А так, смотрите, пожалуйста.
Крестниковский: Данный диктофон будет опечатан и будет хранится вместе с уголовным делом, в рамках которого Вас допрашивали.
Немец: Если лицам, производящим следствие, будет угодно отъять диктофон и приобщить его к материалам дела, они смогут это сделать силой.
Крестниковский: Вы призываете применить физическую силу?
Немец: Не интерпретируйте, пожалуйста!
Крестниковский: Чтобы до конца исполнить… Так или нет?
Немец: Допрос окончен, я на вопросы не отвечаю.
Крестниковский (дает знак оператору прекратить съемку): На стол магнитофон! На стол магнитофон! Магнитофон на стол!!! На стол магнитофон!!!
[Потасовка]
Как объяснял Алексндр Немец в жалобе, направленной в прокуратуру, он не собирался реально оказывать сопротивления. Ожидал, что кто-то из милиционеров попытается разжать ему пальцы. И он отдаст диктофон – однако будет зафиксировано, что сделал это не добровольно. Но, по словам Александра Григорьевича, Крестниковский накинулся на него, довольно неуклюже стал выкручивать ладонь, а потом и руку. Затем растопыренной пятерней стал заваливать на стулья, стоявшие у стены. На помощь начальнику ринулся Рябов. Когда все уже вроде кончилось и Немец сидел у стола, один из присутствующих милиционеров еще раз приблизился и нанес удар в левый висок, пригрозив последующей встречей (этот момент имеется в аудиозаписи). После удара Немец, как ранее предсказывал Миронов, упал со стула, ножка которого надломилась.
Я так и знал, что стул рано или поздно сломается. - философски заметил по этому поводу Миронов (наверное, не первый раз с него подследственные падали). Позднее Немцу инкриминировали, что, оказывая сопротивление, он ударил Рябова локтем (хотя, по мнению Александра Григорьевичв, в ходе потасовки, последовавшей за нападением на него, в глаз своему заму, скорее всего, заехал сам Крестниковский).
«Как таких не п…ть».
Изъятый диктофон продолжал работать. Никто не побеспокоился о том, чтобы его выключить. Записи-то должны были быть уничтожены. Отведя Немца в дежурную часть, оперуполномоченный Ятченко вернулся в кабинет, оформлять данные понятых. Обиженный и возмущенный его разум кипел:
- Вот как таких не п…ть, е…й в рот, блин?... Да их, б..дь, убивать надо, да, б..дь. Ну что придется теперь ко мне. Ну, думаю, я здесь все размещу….. Да, балбес, полдня у меня сегодня оторвал.
Терминов «п…ть» и «убивать» не встретишь ни Уголовном, ни в Административном кодексах, ни в иных правовых актах. Но как близки эти простые и эффективные меры воздействия на несговорчивых свидетелей, слишком грамотных свидетелей некоторым из граждан, призванных охранять Закон! Куда ближе, чем благодушные декларации из наивной, глупенькой Конституции.
Малость «лоханулись…»
Вот как развивались события в интерпретации Александра Немца (согласно его заявления в прокуратуру). Продержав Александра Григрьевича пару часов в дежурной части, его повезли в мировой суд на улицу Осоавиахима. Там также пришлось ожидать – судьи пребывали на каком-то совещании. Потом милиционеры вошли в кабинет судьи Олега Денисюка и о чем-то вели переговоры. Перед поездкой Немцу торжественно гарантировали пятнадцать суток – а то и уголовное преследование. Однако что-то не срасталось. Вернувшись в коридор, Ятченко стал просить у Александра Григорьевича находившуюся при нем копию протокола об административном правонарушении. Якобы для того, чтобы внести в нее необходимые изменения перед тем, как показать судье. Немцу показалось это подозрительным, и он протокол в руки офицеру не дал.
Переговоры в судейском кабинете продолжились. Из-за закрытой двери кабинета послышалось возмущенное восклицание: «Какое же здесь превышение служебных полномочий?!» Некоторое время спустя правоохранители вышли от судьи. Выглядели они обескуражено. Ни о каких «сутках» речь уже не шла. Дело теперь явно хотели замять…
После того, как покинули здание суда, Немца заставили сесть в машину к милиционерам. Привезли опять в РОВД. Там Крестниковский в резкой форме потребовал сдачи копии протокола. У Немца не было желания, еще раз, по изящному выражению начальника ОБЭП, «заняться рукопашным боем». К тому же силы потенциального противника были явно превосходящими. Разорвав копию, бросил ее на стол. На милицейских лицах отразилось чувство глубокого облегчения. Диктофон вернули. Записи, конечно, стерли. Только те, кто поработал с кнопкой «Delete», не учли нынешних технических возможностей. Аудиозапись удалось восстановить. Как выражаются некоторые клиенты ОБЭП (да и некоторые сотрудники этого ведомства), малость «лоханулись». Так же, как «лоханулись» при фабрикации административного протокола. И если прокуратура, или милицейскому управление собственной безопасности, или другим компетентные органы захотят исполнить свой долг и заняться расследованием этого грязного дела – необходимые материалы будут предоставлены.
Остается добавить, что вечером того Александру Немцу пришлось вызвать «Скорую помощь». Она не смогла приехать из-за прошедшего ливня, и Немец с женой сами добирались до перовой городской больницы.
Так из-за чего «прессовали» уважаемого человека, известного брянского аудитора? Какое такое расследование проводил ОБЭП, какими были цели данного расследования и кто стоял за всем этим?


Продолжение следует